Статьи

Под эмблемой парусника

Одесса – из тех городов, где даже названия улиц и районов тревожат воображение: Приморский бульвар и Дерибасовская, Большой Фонтан, Аркадия, Молдаванка… Они звучат как щемящий мотив, напоминающий о пережитом. Или о пригрезившемся… И хранит терпкие запахи листвы и благородство линий старинных фасадов Пролетарский бульвар – тот самый, который "бульвар французский был в цвету".

– Скажите, пожалуйста, как проехать на Одесскую киностудию?

– Так это же тут рядом, на Французском бульваре.

И уже на самой студии:

– А съемочная площадка далеко?

– Да нет, свернете с Французского бульвара направо и…

Современное здание киностудии опознаешь издалека: по эмблеме, на которой – парусник, хорошо знакомый кинозрителям. Марка эта появилась на экранах сравнительно недавно, если учесть более чем полувековую историю студии. А точнее – ей ровно 63 года. Но оставим историю исследователям. Нас интересует сегодняшний день Одесской киностудии. Какие фильмы рождаются в этот час, в эту минуту под эмблемой летящего вперед парусника.

Фильмов много: студия выпускает 20 серий в год, а на круг ежегодно в работе – больше 60.

Заместитель главного редактора, кандидат искусствоведения Валерий Барановский берет со стола график работы съемочных групп на сентябрь. И, глядя на это график, где тщательно все расписано, думаешь: производство. Это уже потом, свернув с Французского бульвара направо и попав на площадку, убеждаешься: нет, все-таки кино.

Но Валерий Барановский точно знает: график – тоже кино, ибо за машинописными строчками – сценарии, съемки, монтаж. За ними – выбор натуры, подбор актеров, экспедиции. За ними – фильмы. "Макарово поле", например, – об известном председателе колхоза Макаре Посмитном – игровая картина, которая только запускается в режиссерскую разработку. Или "Дети подземелья" по Короленко – этот фильм в Каменец-Подольском замке снимает известный режиссер Кира Муратова. Или забавная кинокомедия о молодоженах "Свадебный подарок", которая сейчас находится в стадии монтажно-тонировочного периода. Заканчивает съемки картины "Чародей" и собирается приступить к монтажу материала режиссер Константин Бромберг, который, как шутят на студии, до сих пор не может опомниться от головокружительного успеха "Приключений Электроника" и в свободное время только тем и занимается, что распечатывает письма от девочек, мечтающих познакомиться с юными героями фильма. Но свободного времени у режиссера считай нет: двухсерийная лента "Чародей" по сценарию братьев Стругацких (в основе – "Понедельник начинается в субботу") поглощает его целиком, и письма переправляются прямым адресатам.

- Перечислять дальше? – спрашивает Валерий Барановский.

И любезно продолжает:

– "Просто ужас" – история о том, как отец с сыном поменялись ролями, фактурно оставшись прежними. И оказывается, что не только мальчику не под силу груз взрослых забот, но и отцу не справиться со школьными проблемами. Натурные съемки идут сейчас здесь, в Одессе.

– Можно побывать на площадке?

– Разумеется, но сейчас они снимают пейзажи, это вам не так интересно.

– А интересное вы можете предложить?

– Могу, – уверенно отвечает Барановский и набирает номер телефона.

В кабинет входит Марина Багрий-Шахматова, редактор фильма, съемки которого, как обещает Барановский, должны представить интерес. Слушая Марину, в это веришь все больше и больше. Что же это за фильм?

– Это "Приключения Петрова и Васечкина, обыкновенные и невероятные", – рассказывает Марина, увлекая одним названием сценария, который написали Валентин Горлов и Владимир Алеников. – С этой картиной мы связывает некоторые перспективы. Пока снимаются пять историй объемом в две серии. Но так как фильм предназначен для показа по Центральному телевидению, мы думаем о том, что картина может вырасти до большого сериала. Сегодня ее герои учатся в четвертом классе, но по мере вырастания сериала будут расти и персонажи. Оба сценариста по профессии еще и режиссеры. И если этот фильм снимает Владимир Алеников, то следующий может снимать Горлов. И так - дальше.

– Имена героев кажутся знакомыми. Где-то они раньше появлялись. Или это только так кажется?

– Нет, все правильно. Действительно, появлялись – в сюжетах детского сатирического журнала "Ералаш", которые и снимал режиссер Алеников.

Ну, понятно! Приятно вспомнить! Именно в связи с "Ералашем" и звучала фамилия режиссера Аленикова, когда распределялись призы ХV Всесоюзного кинофестиваля, который не столь давно проводился в Таллине. Немедленно на съемки!

Однако немедленно взглянуть на съемки довелось только мельком, ибо чуть быстрее, чем мечталось группе, оседало солнце, и оператор Игорь Фельдштейн не давал режиссеру Аленикову ни с кем перемолвиться даже словом, запугивая присутствующих словом "Режим". Зато удалось на сутки вырвать сценарий. И, придя домой, целый вечер заливаться смехом и немножко грустить над проделками замечательных мальчишек Петрова и Васечкина, влюбленных в красавицу-отличницу Машу Старцеву. Каждая новелла этих приключений решена в своем жанре: "Укрощение строптивой", где пионерские страсти достигают апогея на фразе: "Могу тебе я, Маша, вмазать так, что ты об этом долго помнить будешь и сразу перестанешь быть строптивой!", – естественно, лирическая. "По закону Архимеда" - приключенческая. Кстати, консультантом на этой новелле был постановщик фильма "Белое солнце пустыни" Владимир Мотыль, потому что по сюжету Петров, Васечкин и Маша во время демонстрации фильма бросаются на помощь Саиду и Сухову. Новелла "Красная шапочка и ле лю гри" – комическая. "Невероятно, но…" – фантастическая и "Спасатели" – трагикомическая. Но, несмотря на разность жанров, все они решаются в комедийном ключе. Будет в картине еще один герой – детский вокально-инструментальный ансамбль – связующее звено между драматургией и музыкой, которой, как, впрочем, всегда, у Владимира Аленикова, здесь очень много.

В общем, благодаря сценарию, явившись на съемки фундаментально подготовленной, точно знаю, что мне больше всего хочется узнать у режиссера Аленикова.

– Вы помните себя в возрасте ваших героев?

– Конечно, потому что картина в некотором роде автобиографическая: один из наших героев – я сам.

– Васечкин, угадала?

Мелькавшим в глазах озорным лукавством Алеников и впрямь здорово напоминал повзрослевшего Васечкина.

Он рассмеялся: угадала.

– А Петров, не уже ли ваш соавтор Горлов?

– Нет, это друг моего детства Петя Брандт.

– Киношник?

Алеников отрицательно мотнул головой и сделал гримасу, по которой трудно было сделать вывод относительно сочувствия или одобрения жизненного выбора Пети Брандта.

– А где же ваши герои?

Алеников вновь рассмеялся и указал. На детской площадке, "сочиненной" художником Галиной Щербиной, давали волю не менее двадцати пострелят обоего пола, и с ними ласково воевала (умышленно не закавычиваю) второй режиссер Ева Немировская. И определить кто в этом ералаше ленинградские школьники Егор Дружинин – Васечкин, Дима Барков – Петров, Инга Ильм – Маша, а кто – ребята из одесского Уютного переулка, где шли съемки, и прилегающих к нему улиц, было делом безнадежным. Однако неунывающий Алеников извлек исполнителей главных ролей и чинно представил всех троих по очереди. Но тут налетел оператор Игорь Фельдштейн, про которого Алеников с жаром утверждал, что он мягкий и добрый, сделал вид, что единственный олицетворяет в группе деловое начало, и снова стал запугивать словом "режим". "Испугался" только актер Александр Леньков (он играет в картине роль странного дворника), исполняющего все желания – наверное потому, что в своем театре он привык к дисциплине, – и быстро побежал сниматься в финальных сценах четвертой новеллы. Но очень быстро не получилось, так как грохнулся фонарь, а потом долго и истошно кто-то кричал: "Уберите детей!", хотя эти дети были нужны, но совсем другие; и устанавливали свет; и, катаясь на операторской тележке, вновь и вновь примеривался к камере и к тому, в какой момент лучше нажать кнопку, Игорь Фельдштейн; и изгрыз уже несколько яблок малыш, которому в кадре необходимо яблоко только надкусить; и, несомненно, ощущая свое женское превосходство, кокетничала юная покорительница сердец Инга Ильм; и дергала за рукав Еву Немировскую девочка из Уютного переулка: "А завтра будем сниматься?"; и мама другой девочки говорила, что ребенку надо идти в гости к бабушке… В общем, "режим" был в общепринятой кинематографической норме, от которой посторонний может одуреть, а профессионал знает, что так оно и надо. Поэтому неунывающий Алеников в промежутками между дублями радовал тем, что по первому образованию он французский филолог, что перевел много произведений не только с французского, что эстонская литература ему не чужда, в чем можно убедиться, прочитав "Шкатулку без замкá" Лилли Промет и в придачу пару детских книжек в его переводе, что тексты к песням пишет он сам, и поет, и играет на гитаре, а когда-то работал учителем и даже завучем, и руководил детским театром. И всего было так много, а лет режиссеру, напротив, не так уж и… Присев от полудоверчивого изумления на что-то фанерно-бутафорское, я, пытаясь придать интонациям иронический оттенок, спросила:

– Может, вы еще и актер?

– А как же!

И добавил к этому нечто со среднекавказским акцентом, из чего надлежало сделать вывод, что в своей картине он играет шофера-грузина.

И все это было правдой в милой беседе. Но еще была серьезная работа над веселым фильмом. И, взяв в руки микрофон, Алеников дал команду…

Шли съемки.

На одесской киностудии снимался фильм. Один из тех, что выйдут на экран под эмблемой летящего вперед парусника.

На снимке исполнительница роли Маши Старцевой ленинградская школьница Инга Ильм.

Статья перепечатана из газеты "Молодежь Эстонии".

Элла Аграновская.

Наш спец. Корр.

ОДЕССА - ТАЛЛИН

© "Молодёжь Эстонии"

18 сентября 1982 г. № 183




Рекламные партнёры

СТАТЬИ



ГЛАВНАЯБИОГРАФИЯФИЛЬМЫСТАТЬИКНИГИВИДЕОФОТОГОСТЕВАЯКОНТАКТЫ
Created by Web39.RU
Администратор: Николай Назоров